После пятничных новостей о том, что потребительские настроения упали до исторического минимума (ATL) на фоне экономики, потрясённой последствиями тарифной программы президента Дональда Трампа и войной с Ираном, лауреат Нобелевской премии экономист Пол Кругман предупреждает, что ситуация вот-вот станет «действительно, действительно ужасной».
«Цифры ужасающие, люди», — сказал он. «Мы фиксируем рекордно низкий уровень потребительских настроений, что вписывается в общую картину. Мы знаем, что людей очень беспокоят цены. Их очень беспокоит управление экономикой. Они просто не чувствуют, что кто-то разумный управляет происходящим. И это всё правда».
По словам Кругмана, хотя люди вполне обоснованно обеспокоены этими новостями, «это на самом деле не главная проблема. По-настоящему главная проблема — это инфляционные ожидания».
Как он объясняет, хотя короткие периоды повышенной инфляции вполне ожидаемы и терпимы, как правило, показатели возвращаются к норме после некоторой корректировки курса. Но если инфляция сохраняется достаточно долго, чтобы стать тем, что эксперты называют «укоренившейся», это превращается в «действительно, действительно серьёзную проблему».
«Если вы думаете о том, как устанавливаются заработные платы и цены», — поясняет он, — «подумайте о процессе инфляции. Не все цены устанавливаются одновременно. Существует своеобразное перепрыгивание, при котором каждая отдельная компания, каждый отдельный работодатель устанавливает цены, основываясь как на прошлой инфляции, так и на инфляции, которую они ожидают в будущем. Они оглядываются на то, какие цены, по их мнению, будут устанавливать конкуренты. Они оглядываются на то, что, по их мнению, произойдёт с их затратами». А поскольку изменение некоторых цен сопряжено с нарушениями и затратами, они обычно устанавливаются заблаговременно и определяются тем, каким, по мнению людей, будет уровень цен в будущем.
Это создаёт вредоносный замкнутый круг.
«Если происходит всплеск инфляции, если инфляция приходит и уходит, но не закрепляется в ожиданиях более высокой инфляции на длительное время, то ладно, вы её переживаете. Возможно, люди проголосуют против нынешних, но вы через это проходите», — говорит Кругман. «Если же она закрепляется в ожиданиях, то это уже гораздо более сложная ситуация. Тогда нужно каким-то образом выдавить эти ожидания высокой инфляции из экономики, потому что если этого не сделать, инфляция будет просто питать сама себя. Цены будут расти, потому что все ожидают роста цен, и эти ожидания будут подтверждаться, и это просто продолжается».
По словам Кругмана, исторически один из немногих способов вырваться из такого цикла — «пропустить экономику через отжим». Он приводит в пример 1970-е и 1980-е годы — ещё одну исторически тяжёлую эпоху для потребительских настроений, — когда стабильно высокая инфляция заставляла людей ожидать её сохранения, и так и происходило. «Инфляция в конечном счёте была взята под контроль, но это произошло ценой многолетней крайне высокой, изматывающей безработицы».
Теперь Кругман указывает на то, что ожидаемые показатели инфляции являются худшими со времён кризиса 1980-х годов.
«Это говорит о том, что обычный человек начинает верить после тарифного шока и теперь иранского шока в то, что мы находимся в среде более высокой инфляции», — объясняет он. «И мы должны подозревать, что люди, принимающие решения о ценах, думают так же. Они начнут закладывать эти ожидания в ценообразование. Таким образом, мы начинаем получать то, чего все в экономической сфере боятся, — укоренившуюся инфляцию. Если это происходит, то издержки от провалов политики, от политической глупости последних полутора лет окажутся намного больше, чем кто-либо сейчас рассчитывает».
Кругман завершает мрачным предупреждением.
«Это будет крайне болезненная ситуация, в которой мы окажемся», — заключает он. «Судя по всему, по крайней мере согласно этим предварительным признакам, Дональду Трампу удалось создать ту среду, которая была у нас в конце стагфляции 1970-х годов, а это означает, что всё это будет действительно, действительно ужасным и что мы будем платить цену за эти злоключения ещё долгие годы».


